История не терпит дилетантов

13:04 | 14.01.2020
В этом году исполняется 65 лет со дня смерти Мамеда Эмина Расулзаде, с именем которого связано возникновение первой Азербайджанской республики и многолетняя борьба за восстановление утраченной независимости.

Отрадно, что к этой дате издательство «Китаб клубу» выпустило его работу «О пантуранизме в связи с кавказской проблемой».
 
Эта публикация воспроизводит факсимиле книги на русском языке, изданной в 1930 году в Париже Комитетом независимости Кавказа, а также ее перевод на азербайджанский язык с примечаниями и комментариями доктора исторических наук Айдына Балаева, автора фундаментальных монографий о М.Э.Расулзаде и Ахмеде Агаоглу.

Данная работа Расулзаде была ответом на изданный в Париже в те же годы памфлет Зареванда (под этим псевдонимом скрывались супруги Завен и Вартуи Налбандян) «Турция и пантуранизм», пронизанный клеветническими инвективами в адрес анатолийских и российских тюрков.
Знакомство широкой общественности с деятельностью и публицистическим наследием М.Э.Расулзаде началось после того, как были рассекречены материалы так называемого Особого архива при Совете Министров СССР, который ныне является частью Российского государственного военного архива (РГВА).
 
Кроме этого, для ученых стран бывшего соцлагеря стали доступны архивы США, Великобритании, Франции, Германии, Турции, Польши и др.

Однако, несмотря на открывшиеся возможности, еще находятся ученые и публицисты, которые по незнанию или из конъюнктурных соображений продолжают линию очернения имени Расулзаде, извращая его мысли и взгляды, тенденциозно и поверхностно трактуют его действия.
 
При этом, разумеется, повторяя старые, избитые штампы и клише.

Недавним примером тому служит статья журналиста Александра Халдея «Кому в Азербайджане понадобилась реабилитация нацистских пособников», опубликованная на сайте Regnum. Удивляет при этом, как, не зная во всей полноте историко-политический контекст и документов, можно браться за столь не простую тему. Это, по меньшей мере, непрофессионально.

Новые архивные материалы, теперь доступные для историков и всех, интересующихся кавказской проблематикой начала ХХ века, открывают совершенно иную и гораздо более сложную картину, чем пытаются представить некоторые «с легким пером» журналисты.

Еще в январе 1941 года свое виденье вопроса организации жизни на «Восточных территориях» Гитлеру изложил глава внешнеполитического управления нацистской партии Альфред Розенберг (ныне опубликованный полностью «план Розенберга»). 
 
И, по мере развертывания боевых действий на фронтах Второй мировой войны, стратегия немецких властей превратить в своих союзников население республик СССР для борьбы с большевизмом приобретает интенсивный характер.
 
Уже в октябре-ноябре  1941 года начинается целенаправленная работа по формированию из советских военнопленных разных национальностей  специальных частей, так называемых «национальных легионов».
 
Однако надо учесть, что еще до начала войны с Советским Союзом для осуществления своих замыслов Берлин стал целенаправленно «заигрывать» с представителями политэмиграции из СССР на Западе, в том числе с эмигрантами из Азербайджана.

С самого начала М.Э.Расулзаде занимал в этом вопросе довольно осторожную и взвешенную  позицию, поскольку ему с помощью своих соратников удалось получить информацию, что, несмотря на обещания и пышную риторику, немцы, даже в случае победы в войне с СССР, не собираются восстанавливать независимость кавказских народов, в том числе и азербайджанцев.

Кроме того, ему как политику, придерживающемуся социал-демократических взглядов, были абсолютно чужды нацистские теории «расового превосходства», чего не скажешь, например, о его современниках из партии «Дашнакцутюн», также пребывающих в эмиграции.
 
К примеру, того же Г.Нжде, который яростно проповедовал национал-шовинизм и призывал в своих работах в середине 30-х годов «явление армянского Сверхчеловека» («Порыв духа племени», стр. 32). И даже своих соплеменников в полемике с писателем-гуманистом Раффи Нжде называл толпой, которую «составляют дробные личности, размножающие человеческое стадо».

К концу апреля 1942 года авторитетных представителей кавказской эмиграции собрали в Берлине, где они проживали в гостинице «Адлон», и там же велись переговоры. Состав участников оказался весьма пестрым.
 
Среди азербайджанцев присутствовали не только сторонники Расулзаде, но и находившиеся в оппозиции к нему  Х.Султанов, Х.Хасмамедов, М.Мехтиев и Ф.Амирджан.

И если ранее азербайджанские и другие историки писали, что Расулзаде дал тогда согласие возглавить в Берлине первый Азербайджанский национальный комитет, то архивные материалы, обнаруженные в последние годы, доказывают, что он такого согласия не давал и упомянутый комитет не возглавлял.

Вот что пишет историк И.Гилязов: «Расулзаде настаивал на том, чтобы Германия официально признала в перспективе лозунг политической независимости Азербайджана.
 
Однако к таким политическим заявлениям нацистская верхушка была не готова, поэтому Расулзаде осенью 1942 года покинул Германию, а на первые позиции в среде азербайджанцев вышли его политические оппоненты».

А.Балаев считает, в частности, что само «приглашение М.Э.Расулзаде было обусловлено, в первую очередь, тем, что мусаватский лидер продолжал оставаться знаковой фигурой азербайджанской эмиграции, авторитет и возможности которого казалось соблазнительным использовать при реализации планов Третьего Рейха в отношении восточных территорий».

Поразительное политическое чутье не подвело М.Э.Расулзаде, он разгадал планы Гитлера в национальном вопросе и не дал себя обмануть обещаниями.

Другое свидетельство. Член Азербайджанского национального комитета Джаббар Мамедзаде (в эмиграции – Эртюрк) вспоминал: «Ни лидер азербайджанцев Мамед Эмин Расулзаде, ни кто-либо из окружавших его бывших государственных деятелей Азербайджана не захотели сотрудничать с немцами и помочь своим  опытом созданному национальному комитету».
 
Небезынтересно отметить, что, стремясь избежать каких-либо намеков на придание комитетам народов Кавказа политических функций, власти Рейха в своих официальных документах называли их не комитетами, а национальными комиссиями (эмигранты, напротив, использовали в своей переписке название «комитеты»). По данным современного немецкого историка Патрика фон цур Мюлена, грузинская и армянская национальная комиссии были образованы, по крайней мере, на бумаге, но первая азербайджанская комиссия осталась лишь в качестве эпизода, связанного с именем Расулзаде.

Как же на самом деле относилось к Мамед Эмину нацистское руководство? Посол Германии в Турции Ф. фон Папен 5 августа 1941 года докладывал своему руководству в Берлин, что по отношению к нему надо проявлять осторожность.

Айдын Балаев считает, что в 1942 и в 1943 годах Берлин неоднократно делал попытки склонить Расулзаде к сотрудничеству, но безрезультатно. Его выступление в 1943 году перед азербайджанскими легионерами привело к полному разрыву с ним всех контактов немецких властей. В этой речи Расулзаде призвал азербайджанских легионеров не поднимать оружие против народов, борющихся за свою свободу. При этом он открыто заявил, что «Германия, отнявшая самостоятельную и свободную государственную жизнь многих народов и покончившая с их государственной независимостью, никогда не даст независимости Азербайджану, находящемуся под коммунистической оккупацией».

Грузинский историк Г.Мамулиа со ссылкой на одного из руководителей Восточного министерства профессора Герхарда фон Менде писал, что «в связи со своим решением распустить комитет, Расулзаде приводил в качестве главных причин этого, наряду с отказом немцев дать обещание относительно будущего Азербайджана, также отказ допустить его и других членов комитета к работе с легионерами».

Предложения Расулзаде о независимости Азербайджана немцев категорически не устраивали, им нужны были деятели, готовые заниматься вопросами формирования и подготовки национальных легионов, для чего они и выбрали бывшего майора Советской Армии Або Дудангинского (подлинные имя и фамилия – Абдурахман Фаталибейли).

Коротко коснувшись деятельности М.Э.Расулзаде в 1942-1943 гг. хотелось бы отметить, что он являлся одним из крупных общественно-политических деятелей Русского зарубежья социал-демократического направления первой половины ХХ века («Энциклопедия», Москва, 2009) и последовательным сторонником Общекавказского Дома.
 
В то время как Гарегин Нжде, проповедуя национальную избранность и провозглашая «дайте мне поколение, руководствующееся внутриплеменной моралью, и я обеспечу место армянского народа под солнцем», стремился к уничтожению своих соседей по этому Дому.

www.anews.az
loading...

Лента новостей