Осенний день

Непривычно тихий, не занятый делами прекрасный сентябрьский день…   Решил навести порядок  в  книжном шкафу, и вдруг  неожиданно нашел  старые школьные тетрадки,  из которых словно испуганные птицы, по всей комнате разлетелись фотографии. Как же давно я не рассматривал эти черно-белые снимки,  слегка  выцветшие и  пожелтевшие. Дорогие лица, милые  воспоминания, трогательные истории… Я закрываю глаза,  и мысли уносят меня все дальше и дальше в прошлое, в детство, беззаботное, бесконечное.  С фотографии на меня смотрит  маленький худенький  мальчик в школьной форме с огромным ранцем. Перед глазами возникает то самый день, когда была сделана эта фотография.
 
Я впервые шел из школы домой один, потому что папа, который всегда отводил меня после уроков к бабушке, жившей неподалеку, уехал в командировку.  Как же я был счастлив, что мне доверили  совершить это путешествие самостоятельно!  До бабушки было всего три-четыре квартала, но когда тебе семь лет, все кажется огромным, большим, значительным… Перед школой меня остановил мой одноклассник: «Хочешь сфотографироваться? Папа принес фотоаппарат, давай, не отказывайся». Неподалеку отец моего друга уже выстраивал композицию из взъерошенных первоклассников. «Улыбнитесь, сейчас отсюда вылетит птичка»…  Я поправил воротничок, вытянулся, слегка улыбнулся. Все, снято…
 
Я немного задержался,  наблюдая как мамы и папы уводят моих  друзей, крепко держа их за руки. «Эх, вы, малышня!» –  гордо подумал я, и отправился к бабушке.  Дома, зная мою  любознательность и увлекающуюся натуру,   мне сто раз сказали, чтобы я нигде не задерживался, а то бабуля будет нервничать.  Я дал честное слово, но разве можно было хотя бы чуть-чуть, хотя бы на несколько минуточек не растянуть эту увлекательную прогулку?! Невольно я замедлял шаг, и с удовольствием всматривался в дома, пробегающих мимо людей, внимательно рассматривал редкие машины.  Тот день ранней осени  был невероятно теплый, мягкий, и от яркой синевы неба хотелось кричать от радости…  И солнце, большое сверкающее солнце, в лучах которого парили крошечные  пылинки, и если подставить руку, то они мягко,  как снежинки, опускались на ладонь…
 
Сворачиваю с улицы Полухина на Видади,  и поднимаюсь к последнему дому. Бабушка жила в знаменитом на весь город месте - «шемаха мяхялля», где традиционно, вот уже несколько столетий селились выходцы из Шемахи. А вот и она, моя любимая бабуля… Она встречает меня на пороге,  улыбается и  велит поскорее мыть руки, потому что обед  уже остывает. Бабушкина квартира была крошечной – всего две комнатки,  в  которых   рождались, росли и жили ее  многочисленные дети.  Я не понимаю, как они здесь помещались, но знаю, что бабушкин дом  был и навсегда останется для них самым счастливым и родным местом на земле…
 
После обеда бабушка укладывала меня спать…  Как  и любому мальчишке, мне это не очень нравилось.  Гораздо интереснее было бы погулять на улице,  поиграть с соседскими ребятами, но спорить с бабушкой было нереально, поэтому  я покорно укладывался на ее  кровать.  Сколько же вокруг было интересного – большой шкаф, зеркало в строгой   оправе, полочки с белоснежными кружевными салфеточками,  пузатый комод, на котором тихонько тикал будильник… Минута, другая, и я начал погружаться в сладкую дрему… И вдруг в соседней комнате раздался веселый голос дяди, который пришел на обед. Он шумно усаживался за стол, шутил, и звонко стучал ложкой, расхваливая  бабушкины золотые руки. А потом, как обычно, позвал соседского парня, дал ему пару рублей, просил  отнести их в мечеть и опустить в специальный ящик для благотворительности.  Дяде, как сотруднику советской милиции, там нельзя было появляться, но он всегда испытывал глубочайшее уважении к вере отцов, которую моя бабушка заботливо и терпеливо воспитывала   во всех своих детях… 
 
Сон куда-то улетучился, и сколько я не пытался зажмуривать глаза, спать все совершенно не хотелось.  И тут я почему-то посмотрел в окно.  Конечно же,  я смотрел в него  тысячу раз, но  в тот день мне показалось, что никакое это не окно, а самая настоящая картина! В обрамлении деревянных рам, за легким колыханием воздушной тюли, я будто впервые увидел  высокий минарет мечети Тязя Пир, возле которой жила моя бабушка. Он словно парил в небе,  а на балконе, обрамляющем минарет,  стоял муэдзин, переводя дыхание после крутых ступенек. Через несколько мгновений   он слегка откинул голову, прикрыл глаза, и  вдруг раздались  завораживающие, волшебные,  неземные звуки Азана,  которым  мусульман призывают  к молитве. Я глаз не мог оторвать от его лица, с каждым новым словом оно все больше одухотворялось, муэдзин как будто растворялся в этом потоке любви, обращенном ко Всевышнему…  И хотя в то время я почти ничего не знал о Боге, свет, идущий от этого человека, своими лучами озарил и мою детскую душу. Сердце  трепетно забилось, и  я  впервые в жизни почувствовал себя частью  этого мира, в котором нет места злу и тьме, а есть только ослепительный свет и безграничная любовь Всевышнего, который в тот день коснулся меня  своей милостью…
 
Это было настолько огромное событие в моей маленькой жизни, что я, лежа в бабушкиной комнате, повторял про себя одни и те слова: «Только бы это не кончалось, пусть это продлиться вечно».  Азан лился светлой могучей рекой,  наполняя радостью  дома, улицы, людей, весь мир… А потом к бабушке, как всегда, заглянули  несколько пожилых женщин, вышедших из мечети  после молитвы. Они  бесшумно  расселись вокруг стола, и бабуля начала угощать их ароматным чаем и  сладостями. Сколько я себя помню, она всегда была очень верующей женщиной, и по мере сил помогала и поддерживала тех, кто обращался к ней за советом или с  какой-нибудь просьбой… Милая, добрая бабушка… Я долго прислушивался к  тихому  шелесту  женских голосов, и незаметно заснул…
«Вставай, уже вечер», - разбудил меня бабушкин голос.  Я не шевелился, мне так не хотелось расставаться с чудесными снами, которые снились мне в тот день.  Бабушка села рядом  со мной, погладила мой разгоряченный лоб и нежно его поцеловала…   
 
Как же  хорошо прошел день…  Как жаль, что это бывает так редко…  Я  взглянул в окно,  легкий ветер кружил над городом,  унося воспоминания  в небеса.  Резкий звонок телефона  оборвал мои мысли.  Прощай, детство…  Беззаботное… Бесконечное… Мое…
 
Бахрам Багирзаде 
 

www.ann.az